Происхождение мифологических царей и богатырей Ирана (часть III)

Особенно интересен рассказ о женитьбе систанского богатыря Дестан-Заля, где также можно найти ряд фактов, указывающих на то, что представители Вселенской Системы Гайкидов руководили не только сопредельными странами Армянского нагорья. Фирдоуси указывает на этот факт аж несколько раз.

Во-первых, являясь богатырём соответствующего происхождения, Дестан-Заль не может выбрать себе жену иного происхождения, и влюбляется в дочь правителя Кабуда, имя которого Мехраб, носившего Космическое имя Мехр=Мхер, или Мгер (Митра), широко известное нам из армянского эпоса «Сасна Црер».

Во-вторых, Мехраб имеет соответствующее происхождение:

«Рождённый от дива считался…,
Все знали, что предок Мехраба – Зохак» («Шахнаме», с. 178, 197),

и в третьих – жену Мехраба зовут Синдохт, то есть Сандухт в армянском произношении. Как нам известно, в армянском эпосе «Сасна Црер» Сандухт является женой Керы-Тороса, представителя силовой структуры. Фирдоуси, как мы видим, пытается показать сходство с этой системой в том, что структура правления Гайкидами имеет планетарный масштаб. Однако, объективности ради, оговоримся, что Фирдоуси, возможно, чётко не видит эту структуру, а возможно, тщательно скрывает её и оставляет лишь своеобразные коды в форме действий героев, идентичных с армянскими, или же имена, имеющие особое значение.
После женитьбы Дестан-Заля на Рудабе, дочери Мехраба и Синдохта, рождается самый любимый иранскими племенами герой-богатырь Ростем. Он, безусловно, уступает своим могуществом Сасунским богатырям, однако своими действиями неоднократно показывает, что свой род он ведёт именно от Гайкидов. Во-первых, новорождённый богатырь рос так же, как и армянские мифические правители-богатыри Сасуна:

«Он за день, как за год иные, подрос» («Шахнаме», с. 255).
«…Другие дети растут по годам,

А Давид вырастал по дням» («Давид Сасунский», указ. соч., с. 161).

После того, как витязь подрос, Заль начал готовить сына к войне с туранцами. Однако и здесь Фирдоуси показывает особую традицию Гайкидов: передача оружия и доспехов деда или отца сыну, как бы подчеркивая продолжительность системы витязей новым поколением. В этом также есть сходство с армянским героическим эпосом, где Дехцун, жена Санасара, передаёт Мгеру Старшему отцовское оружие и доспехи:

«…Ты отцовы доспехи надень,
Шлем отца железный надень,
Башмаки стальные надень,
Лук и тул со стрелами возьми,
Булаву и Молнию-меч, и скачи» («Давид Сасунский», с. 128).

«…Тебе булаву подарю я, что сам
Оставил в наследье мне доблестный Сам.
Слона сокрушил ты его булавой.
И палицу Сама, с которой ходил
На дэвов тот витязь, исполненный сил,
Заль-Зер для Ростема велел привести» («Шахнаме», с. 321).

Затем, после получения оружия, Ростем желает выбрать себе коня, и здесь же идёт совершенно идентичный метод выбора жеребца, как и у Мгера Старшего.

Мгер Старший, отправившийся к Горгик-ишхану за конём для себя, выбирает его особым методом:

«Мгер обошёл оба ряда коней.
Кого ударил рукой по спине –
Тот рухнул на брюхо, скорчился.
Всех коней перепробовал Мгер…» («Давид Сасунский», с. 117).

Такой же метод использует и Ростем:

«…Как только покажут коня храбрецу,
Как только он спину нажмёт жеребцу,
Осядет скакун, изогнувшись хребтом,
В бессилии коснувшись земли животом» («Шахнаме», с. 323).

Фирдоуси также показывает, что Ростем пользуется той же системой получения и обработки информации, как и Мгер Старший, который обращается к Керы-Торосу, то есть к военной системе. Ростем, в отличие от армянского богатыря, являясь лишь небольшой частью мировой системы того же Керы-Тороса, обращается к своему отцу. К моменту, когда над Ираном нависла угроза и туранский правитель Афрасиаб вторгается на территорию страны, Ростем обращается к Залю, а Заль, наподобие Керы-Тороса, даёт чёткую информацию о противнике, которым в случае с Мгером Старшим является лев, который отрезал дорогу, ведущую в Сасун. Для того, чтобы обосновать вышеуказанное, приведём оба примера:

«Мгер спросил: – Керы, что такое лев,
Кто такой лев?
Отвечал Керы: – Над зверями зверь,
Он ест людей.
И Мгер спросил: – Издалека ест,
Иль когда подойдёшь, тогда и съест?
Отвечал Керы:
 Нет, сперва подойдёт, а уж ест потом!» («Давид Сасунский», с. 122)

«К отцу устремился и молвил ему:
Ответь мне, откликнись на просьбу мою:
Как сына Пешенгова найти мне в бою?
Заль молвил: «О сын мой, услышь мою речь.
Летит смертоносною тучею он.
Черны боевые доспехи на нем,
Железные латы, железный шелом.
Железо украшено золотом сплошь,
По чёрному стягу врага ты найдешь» («Шахнаме», с. 337).

Однако, в конце концов, Фирдоуси вынужден показать Ростема как богатыря, во всех отношениях уступающего Мгеру Старшему, обладающего лишь неполной, сугубо материальной силой, которая присуща системе Младших Братьев. Взять хотя бы пример выбора коней. Мгер, после того как выбрал себе лохматого жеребёнка, при возвращении домой  передаёт его на девяносто дней Керы-Торосу, который знал толк в лошадях. Представим, что конь – это своеобразная ступень развития. У Мгера Старшего после схватки со львом повышается статус, и он уже отказывается от этого лохматого жеребёнка и садится на вечного и огненного Куркик Джалали. Как и богатыри Сасуна, его конь вместе с оружием и доспехами имеет происхождение четвёртой стихии – Огня, о чём мы отмечали выше. Что же касается Ростема, то его конь – Рахш, является представителем стихии воздуха, точно так же, как и мифический конь греков Пегас.

Таким образом, мы видим, что Ростем имеет типичный статус Брата Младшего и является непобедимым богатырём лишь для иранских племён. Он не Вселенский строитель, как богатыри Сасуна, а имеет лишь ряд конкретных материальных задач в структуре Гайкидов.

Более того, система Младшего Брата внутри себя также имеет соответствующую Космическую иерархию. Согласно русскому сказанию о Еруслане Лазаревиче, а это тот же Ростем-Заль, он является Младшим Братом русского богатыря Ивана: «Мнил я себя самым сильным богатырем, а теперь и без поединка вижу – ты сильнее меня. Будь мне названным старшим братом!». Таким образом, функции и задачи Ростема в мировой системе Гайкидов меньше, чем у русских Младших Братьев.

Одна из таких задач – установление на иранский престол новой царской династии. После того, как Афрасиаб убил последнего царя династии Пишдадидов, государство осталась без правителя. Ростем едет в Святые Горы и привозит с собой того, «кто мощью и разумом – истинный Кей (царь), – героя Кобада, чей дед Феридун» («Шахнаме», с. 327). Итак, становится ясно, почему именно Ростем должен отправиться в Армянское нагорье и привести истинного царя – внука Тиграна-Феридуна.

Так в Иране была основана легендарная династия Кеяанидов (по авест. Кавиев). Кей-Кобад, согласно сказаниям Фирдоуси, был хорошим лидером, однако в Авесте и в «зендах» сказаний о Кави-Кавате (авестийское имя Кей-Кобада), сохранилось не так уж и много. Отрывки о нём можно найти лишь в некоторых яштах, в частности, в 19-й «Займад-Яште», которую часто называют «малым Шахнаме» из-за того, что там, кроме всего прочего, кратко представлена жизнь и геройства правителей Ирана. Однако же, что касается следующего правителя Кеяанидов – Кей-Кавуса или Кави-Усана, то о нём сказано намного больше. Фирдоуси, рассказывая о правлении Кей-Кавуса, фактически учит, каким не должен быть правитель Ирана, что он должен делать и что делать не вправе. Иначе говоря, он показывает, что может произойти с государством и с его правителем, если он попытается пойти против Космической системы Гайкидов. Фирдоуси, представив Кей-Кавуса в качестве никчёмного правителя, показывает, какие шаги могут быть судьбоносными для иранцев. Несмотря на то, что Фирдоуси в своем эпосе допустил немало системных ошибок, он чётко описывает запретные действия правителя Ирана, а именно: авантюрный поход на Гайкидов – в Страну Дэвов.

«В смятеньи внимала властителю знать;
Кто мог бы тот замысел мудрым признать?
Кто с дивами лютыми ищет борьбы?
Мужи побледнели, наморщили лбы» («Шахнаме», с. 353).

Для читателя вначале по меньшей мере покажется странным, что славные богатыри, витязи и цари Ирана, являясь своеобразными воинами добра, вдруг боятся Страны Дэвов, которые, как мы показали выше, учили иранцев всему, чему угодно.

«Достались на долю нам чёрные дни.
Коль царь не утопит в вине на пиру
Им сказанных слов, вспомнит их поутру –
Ирану конец, всем конец нам тогда!» («Шахнаме», с. 353).

Так говорили между собой богатыри Ирана, вспоминая прежних правителей, которые, несмотря на свою мощь и величие, всё же не смели идти против Вселенского закона. Богатыри, не жалея сил, пытаются всячески уговорить Кей-Кавуса от самоубийственного плана и ищут пути для этого. В этом вопросе с представителями традиционных представителей системы Гайкидов – Сам-Заль-Ростем, также активен и Тус – представитель молодого поколения, имевший исключительное право нести символ иранского государственного суверенитета – Кавиев стяг.

В итоге богатыри просят самого старшего витязя, Заля, поговорить с Кей-Кавусом, который говорит царю:

«Ведь там обитают волшебник и дэв,
Себя колдовством от врагов оградив.
Не должно мужей и богатства губить,
Ты чары такие не сможешь разбить.
В тот край колдунов не веди ты войска…» («Шахнаме», с. 357).

Как мы видим, Заль называет Гайкидов волшебниками и колдунами, то есть магами.

Как уже отмечалось нами выше, Страна Магов или Магов край (Мокац ашхар) являлся неотъемлемой частью Великой Армении. Более того, «древние греки называли их магами, обладавшими монополией жречества» (Авеста в русских переводах, С.Н. Скоков, «Зороастризм», с. 13). Так что мобеды иранцев и других арийских народов мира также подчинялись Стране Магов.

Итак, после того, как Заль получил от Кей-Кавуса высокомерный ответ, он покинул его и не ввязался в авантюру, что показывает его преданность системе Гайкидов и безусловный крах Кей-Кавуса. Более того, являясь неотъемлемой частью этой системы, Заль, так же, как и Ростем, безусловно оповестил вышестоящих о планах Кей-Кавуса, который был сразу же схвачен вместе со своими приближёнными, ослеплён и брошен в темницу. Для того, чтобы привести в соответствующие рамки тщеславие царя, который, находясь в армянской тюрьме, сразу же был поставлен “на место”, за ним был вызван Ростем, которому было поручено дальнейшее курирование деятельности Кей-Кавуса. В дальнейшем сам Ростем неоднократно рассказывал, какой вид был у Кавуса:

«Царя Кей-Кавуса в цепях я нашёл,
В тоске и печали, в слезах я нашёл» («Шахнаме», Т. IV, с. 254)

О запрете идти войной на Старшего Брата есть не только в иранском эпосе. Взять хотя бы русские былины. Когда волхвы (те же маги) Гайкидов посещают Илью Муромца и награждают его великой силой, в качестве наказа для его же безопасности говорят ему:

«Будешь ты Илья, великий богатырь,
И смерть тебе на бою не писана:
Бейся-ратися со всяким богатырём
И со своею паляницею удалою;
А только не ходи драться с Святогором-богатырём:
Его и земля на себе через силу носит» («Былины», сост. В.И. Калугин, с. 37).

Иными словами, система, которая при желании может помочь и обеспечить достойное развитие, борьба против неё и даже попытки противится ей может привести к полному уничтожению государств Младших Братьев.

Кстати, о помощи Старшего Брата.

Дело в том, что Младший Брат, в нашем случае Ростем, не имеет никакого выхода, кроме как просить о помощи у Старшего Брата, как это делали русские богатыри.

Несмотря на старания Фирдоуси возвысить Ростема и показать его происхождение, он всё равно витязь иранский и непобедимым богатырём является лишь для иранцев, а оружие с конём лишь Багдасаровые, а не Санасаровые, то есть сугубо материальные. То, что Ростем значительно уступает Сасунским витязям, повсеместно встречается в «Шахнаме» при сравнении с героями «Сасна Црер». Ростем всего лишь один из кураторов, вернее, своеобразный помощник наместника (на армянском «бдешх») восточной части света во Вселенской системе Гайкидов. Так же, как, к примеру, Торк, или как он представлен в эпических сказаниях запада – Тор, является в системе Гайкидов «бдешхом», ответственным за запад. Об этом, кстати, пишет и Мовсес Хоренаци, показывая, что «…Торка, прозванного Ангелеа из-за крайне безобразного вида, могучего исполина, он назначает наместником западного края. По неприглядности лица он и род его наименовывает Ангел-тун» (М. Хоренаци, указ. соч., с. 127). Средневековые армянские историографы Англию называли именно так же – «Ангелеа». О Торке много рассказывают баскские мифологические сказания и «Младшая Эдда».

Однако Багдасарский статус Ростема этим не ограничивается. В результате, как мы уже отметили в начале, согласно Вселенскому закону, как Багдасар остаётся без наследства, так и Ростем, являясь представителем той же категории, убивает своего духовного продолжителя Сухраба, туранца наполовину. Так же и русский богатырь Илья Муромец убивает своего сына Сокольника. А вот армянский богатырь Мгер Старший, оказавшись в подобной же ситуации, поступает иначе. Мгер Старший какое-то время остается в Мсыре. У правительницы этой страны Исмил-хатун, которая всевозможными уловками соблазняет Мгера, рождается Мсра Мелик Младший: такой же полукровка, как и Сухраб. В отличие от Ростема, Мгер Старший, зная о том, что придёт день и по наставлению матери Мсра Мелик нападёт на Сасун, возвращается туда. Он просит свою жену Армаган, чтобы она позабыла обиду:

«Пусти же меня к себе!
Авось бог пошлёт нам сына,
Чтоб светоч армянский не погас» («Давид Сасунский», с. 149).

А Ростему, который не владеет знаниями Старшего Брата, остаётся лишь убить своего сына – собственной рукой погасив свой же светоч. Вообще, структура Старшего и Младшего братьев при сравнении армянского и иранского героических эпосов встречается повсеместно.

К примеру, Давид Сасунский как-то раз идёт на уловки Мсра Мелика и падает в яму, но в отличие от Ростема, который тоже оказывается в яме, ему удается выбраться, а вот Ростем там и умирает. Приведём для этого пример. Дело в том, что у Давида есть Ован-Горлан – дядя, представитель духовной системы, сын Санасара. Вместе с Цран-Верго и Керы-Торосом они вчетвером в Космической системе являются завершённой и полной структурой, каждый из которых имеет свою функцию. Когда Ован-Горлан во сне видит, что звезда Давида на небе потускнела, он, хорошо знающий и владеющий духовной системой, использует присущий лишь Гайкидам метод нахождения и оповещения Давида. Ован-Горлан владеет такими знаниями, которые сегодня могут показаться фантастическими. Он не только знает как оперативно найти Давида, но и как донести ему своё слово:

«– Эгей! Давид, где ты? Эгей!
Великую вспомни Марут!
Вспомни ты Ратный крест,
Что на деснице твоей»

Таким образом Ован-Горлан напоминает Давиду механизм работы Вселенской системы. После чего Давид промолвил:

«О, великая Марута,
О Ратный крест на правой руке,
Молю вас, помогите мне, прибавьте силы мне!»
Встряхнулся, рванулся в кольцах Давид, —
Вместо ямы открылось поле перед ним.
Цепи и кольца до неба взвились,
Поднялись жернова, в облака унеслись,
Каждый жернов по сорок душ раздавил,
Давид из ямы вышел…» («Давид Сасунский», с. 285).

А у Ростема нет ни сил для решения этой проблемы, ни вышеуказанных четырёх важных компонентов. У Ростема лишь одна судьба:

«…И как ни пытался от рока уйти,
Низринулся в яму, упал тяжело,
Мгновенно клинки в его тело впились,
Ни кинуться в битву, ни бегством спастись» («Шахнаме», Т. IV, с. 320).

Это потому, что для Гайкида, жившего в зоне Святых Гор, Космическая система работает полностью и для него нет преград и нет врагов, тогда как Младшие Братья лишены такой возможности.. Противится этой системе то же самое, как противится самому себе, то есть то, что сделал Кей-Кавус.

Именно в противовес Кей-Кавусу Фирдоуси начинает свой рассказ о Кей-Хосрове, внуке Кей-Кавуса, представляя его самым благочестивым, безгрешным и великим. Он сразу же ставит всё на свое место, карает и убивает туранца Афрасиаба, чего не смогли сделать другие цари, устанавливает систему мощного государства. Фирдоуси показывает его похожим на Мгера Младшего в армянском героическом эпосе, который является более могучим и благочестивым, нежели его предки. Более того, он вечен и бессмертен, а Кей-Хосров – это тип Младшего Брата при Мгере Младшем. Так же, как и Мгер Младший, Кей-Хосров поднимается в горы и исчезает или закрывается там и спит, как другие эпические спящие герои других арийских народов. Не спит только Мгер Младший – Старший Брат всех индоевропейских богатырей, которые спят в горных пещерах.

На вопрос пастуха, когда же выйдет Мгер, тот отвечает:

«- Коли встану, выйду на свет,-
Не удержит меня земля!
Пока этот мир полон зла,
Пока будет лжива земля,
На свете мне  – не жить.
Когда разрушится мир и воздвигнется вновь,
Когда будет пшеница, как лестной орех,
Как шиповника ягода будет ячмень,
Тогда придёт мой день, 
Отсюда я выйду в тот день!» («Давид Сасунский», с. 374).

Все индоевропейские народы должны понять эту высшую истину! Их великие эпические герои, несущие победу, счастье и справедливость, смогут проснуться и выйти из пещер лишь тогда, когда выйдет их Старший Брат Мгер и разбудит их, лишь тогда, когда Вселенская система Гайкидов будет восстановлена во всём мире. Право быть архитектором мировой духовно-материальной системы имеет именно Гайкид. Только у нас, у армян, Давид Сасунский тщательно строит разрушенный храм на горе Марута – духовную Вселенскую систему, установив на её основании Меч-Молнию. И это справедливое право мирового правления в мире и согласии дано лишь представителю огненной наивысшей стихии.

Что же касается Ирана, хочет он этого или нет – «Туран», пытающийся уничтожить его, был, есть и будет всегда, так же, как и «яма», от которой ему никогда не выбраться. Лишь только тогда можно будет решать проблемы под названием «Туран», когда Младший Брат – Иран поймёт, что его спасение целиком и полностью зависит от его Старшего Брата – Армении, владеющего всеми духовно-материальными компонентами Космической системы. Для этой системы решающим фактором является лишь Старший Брат, а Младших Братьев во Вселенной великое множество: одним Ираном, Россией или Британией меньше или больше, для единственного хранителя Космических законов не имеет значения. Духовное и политическое руководство Ирана должно сию же минуту сесть и задуматься над этим, ведь время течёт лишь для них. Этому учит и рассказывает не какая-то группа людей, а именно эпос иранского народа.

Сухраб уже приближается, и на этот раз, не встретив сопротивления, полностью уничтожит Иран, если он, как и раньше, не попросит своего Старшего Брата помочь ему. Быстрое понимание этого прежде всего выгодно именно Младшему Брату – Ирану, в противном случае Старший Брат – Армения не позволит системных сбоев со стороны Младшего Брата. Он назначит на соответствующие места как Ростема, так и Кеянидов, хочет Иран того или нет. Система Гайкидов, несмотря ни на что, будет функционировать вечно, а за любое отклонение от неё будет караться Всемогущим Творцом!

© Эдуард Абрамян

Реклама

1 комментарий

Filed under Статьи

One response to “Происхождение мифологических царей и богатырей Ирана (часть III)

  1. Уведомление: Происхождение мифологических царей и богатырей Ирана (часть III) | Вне Строк

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s